Может ли вышивка быть живописью? Может ли вышивка быть искусством? Наталия Мирза говорит, что может. То есть, правильнее сказать, что она не говорит. Наталия Мирза просто вышивает. Когда я случайно увидела эти картины в ее рабочем кабинете, придя в очередной раз просить о помощи для очередного пострадавшего от отечественного правосудия, и Наталия Борисовна сказала, что это она вышивает такие замечательные пейзажи, натюрморты, сюжеты, меня это сильно удивило. Мне всегда казалось, что вышивкой занимаются или юные девушки или почтенные бабушки, сидя у телевизора.
Наталия Мирза — леди, энергичная, вечно куда-то спешащая, звонящая по телефону, готовая в любой момент броситься на помощь, чтобы решить чью-то жизненно важную проблему и пяльцы, мулине, вышивка — разве это совместимо? Оказалось, совместимо, да еще как! Многие из своих замечательных картин Наталия Мирза, как выяснилось, вышивала в командировках. А вообще, как правило, вышивает в машине по дороге на работу или с работы.
Каждая картина — это история, сюжет, в каждой картине свое настроение. Если это лес и деревья — то зеленое настроение, разные оттенки зеленого, если осень — то буйство оранжевых красок. Вот три маковки вологодских церквушек и длинная, тонкая тропинка к ним.
И рядом с этими работами — копии великих художников: Ван Гог, импрессионисты, огромная средневековая картина мира и всё, что душа пожелает. Почему вышивка, а не масло, не гуашь, не карандаш? Вышивка — это про нежность, про любовь. Вышивка — это про уют. Про сокровенное.
Наталия Мирза удивилась, когда я практически безапелляционно заявила, что нужно устроить выставку ее работ. Ей, оказывается, это никогда не приходило в голову. Придумывать сюжет своих картин, выбирать цвета, скрещивать нитки — это удовольствие для себя, это своеобразная психотерапия, которая возникнув как мимолетное занятие, превратилась в привычку и постепенно стала жизнью.
Я легко представляю картины Наталии Мирзы в любом доме: и в замке нувориша, и в квартире интеллигента-шестидесятника, и в соседстве со старой мебелью, и в самой стандартной квартире, обставленной икеевской мебелью. При всей изящности этих работ, они, повторюсь, просты и уютны и одно из их несомненных достоинств — интонация и настроение.
А можно представить себе и маленький музей этих вышивок-картин на белых стенах, зал с камином, столики и венские стулья, вкусный кофе и глинтвейн. Смех посетителей, их задушевные разговоры. И… музыка Вивальди…
В какой-то момент покажется, «что стало нам так ясно, что на дворе ненастно, как на сердце у нас, что жизнь была напрасна, что жизнь была прекрасна, что все мы будем счастливы, когда-нибудь, Бог даст…»